Мы переписывались с Леной по скайпу, и я снова напомнил ей: мне просто стало непонятно, почему мы изначально собрались для того, чтобы избавиться от людей, которые меня склоняют забыть Надю, а теперь ты сама начала делать то же самое. И тут Лена неожиданно заявила: «Игорь, привет! Я говорила не про то, чтобы избавиться от этих людей, а про то, что в вопросе отношений с Надей они не могут тебе помочь, но в других вопросах могут быть интересны для тебя».
Я был ошеломлён. Когда она такое говорила? Избавиться от этих людей — это было моё решение, причём здесь её слова? К тому же, я никогда не просил Натана и Колю помочь мне с Надей. Напротив, мне важно, чтобы они вообще не вмешивались в мои дела с ней. Как только они узнали о моих сообщениях в адрес Нади, их фокус внимания сменился с простого общения со мной на настойчивые попытки убедить меня забыть её, отпустить прошлое и «жить дальше». Эта бесконечная «лабуда» и советы, которые мне не нужны, превратили их из друзей в людей, которые перестали быть для меня значимыми. В итоге я решил, что в качестве друзей они мне больше не нужны. Это была моя позиция, моя личная политика. Но Лена настаивала на своём, будто она решала за меня.
В какой-то момент она написала: «Вот знаешь, почувствовала злость к ней, что ты делаешь так много, а она так далеко и ты физически один. Подумала в сессии, что это не полезно будет тебе слышать, но сейчас как-то к месту».
И вот тут меня просто накрыло. То есть она решила, что знает, что мне «полезно» слышать, а что нет. Она уже давно для себя всё решила — для неё это просто влюблённость, нечто поверхностное, и она выбрала «подходящий» момент, чтобы вставить своё мнение. Лена не пыталась разбираться в моей ситуации, не задавала вопросов, не пыталась понять глубинные причины моих чувств. Вместо этого она решила, что должна выбирать, что и когда мне нужно услышать, и это сильно оскорбило меня.
Далее Лена начала внушать мне: «Недостатки на расстоянии стираются, и это похоже на идеализацию». И в этот момент меня просто взбесило. Какую чушь она несёт? Я прекрасно знаю все недостатки Нади, и порой мне даже кажется, что их больше, чем достоинств. Я не раз говорил ей об этих недостатках. Мы доходили до того, что угрожали друг другу уголовными статьями, обещали посадить друг друга! У меня есть миллион поводов её ненавидеть.
Но я этого не делаю. Я не испытываю злости к ней, и это не потому, что я закрываю глаза на её недостатки. Это результат огромной рефлексии, через которую я прошёл. Я долго осмысливал все события и действия Нади, и вместо того чтобы застревать в злости и ненависти, я увидел в этих ситуациях возможности для своего роста и развития. Я понял, что именно через эти сложности я смог натренировать своё мышление, развить себя и выйти на новый уровень осознания.
Меня взбесило то, что она, судя по всему, считала, что я не способен осознавать элементарные вещи. Но если я не прихожу к таким выводам в своей ситуации, разве это не значит, что дело гораздо сложнее? Почему она не могла об этом догадаться? Вместо того чтобы попытаться понять глубину моих переживаний, Лена решила, что достаточно сообщить мне очевидные факты. Это не была помощь — это была чистая самоуверенность. Лена уже давно сделала свои выводы, и её «советы» лишь усилили моё раздражение.
И здесь встаёт вопрос: что же она обо мне думала? Раз она считает нужным сообщать такие очевидные вещи, неужели она думала, что я просто не способен понять это сам? Что я умственно отсталый или настолько наивен, что мне нужно объяснять такие банальности? Очевидно, что я давно знаю всё, о чём говорит Лена, — лет с 16-20, если не раньше. Но раз я знаю это и продолжаю действовать так, как действую, возможно, это значит, что не всё так просто? Но для Лены всё оказалось предельно просто. Видимо, я в её глазах просто идиот, дурачок, который не способен разобраться в своей ситуации. Такое отношение к моей проблеме казалось мне не только непрофессиональным, но и унизительным. В свои 36 лет я не нуждаюсь в том, чтобы кто-то решал за меня, что мне следует осознавать, и когда это нужно осознать.
Но Лена этого не видела и не могла понять. Для неё всё казалось простым — я просто влюблённый человек, который закрывает глаза на недостатки и находится в состоянии слепой идеализации. Это был полный абсурд. Она думала, что я не способен видеть реальность и оценивать её адекватно. Это было унизительно и бесило меня ещё больше, ведь она игнорировала тот факт, что я осознанно прошёл через эти чувства и сделал из них важные выводы для себя.
В той же Skype переписке, Лена однажды сказала: «Всё, что ты пишешь — подтверждение того, что ты на правильном пути». Это было, пожалуй, единственное дельное, что она сказала за всё наше общение. Но даже тогда я не был уверен, насколько она была честна. Возможно, это было сказано для поддержания разговора, или чтобы как-то смягчить мои возражения. Но после всех её попыток навязать мне свои поверхностные суждения, я уже не мог полностью доверять её словам. Мне казалось, что даже когда она говорит что-то правильное, это больше случайность, чем искреннее понимание моей ситуации.
