Однако, несмотря на все мои достижения, я не мог избавиться от одной мысли — мне по-прежнему хотелось, чтобы Надя увидела, чего я добился. Казалось, если она узнает о моих успехах, то, возможно, признает, что наше расставание было ошибкой. Я надеялся, что это сможет изменить её мнение обо мне и хотя бы даст нам возможность сохранить дружбу.
В августе у Нади на странице во «ВКонтакте» снова появились любовные песенки. Я решил рискнуть и написал: «Надя, я получил твои песни». Ответ от неё последовал почти мгновенно. Я до сих пор не понимаю, почему она действует так жестко — и никогда не понимал. Возможно, это одна из причин, почему я пишу эту книгу — чтобы наконец-то разобраться и понять её поступки.
Тогда её ответ был особенно суровым. После моего сообщения она просто закрыла доступ к своей странице для всех, кто не находится у неё в друзьях. Я не понимаю, почему нельзя было просто ответить и объяснить свою позицию. Почему Надя так поступила? Не знаю.
После этого я решил, что пора бы разобраться со своими проблемами, которые накопились после Иннополиса. Для начала — отдать долг по кредитной карточке, с которой я снял деньги и купил машину в конце прошлого года, которая уже разваливалась по частям, и, наконец, купить нормальную новую машину. Не было смысла торопиться с отношениями, я решил, что нужно заняться собой и своими делами.
С появлением хорошей зарплаты я смог быстро с этим справиться. Работал я на станции метро Дмитровская в коворкинге, который почти весь занимал Сбербанк Технологии. Мне предстояло заниматься внедрением новых функций для Сбербанк Онлайн. Коллеги оказались дружелюбными, и мы быстро нашли общий язык. Среди нас была удалённая сотрудница из Иннополиса, Мария К., окончившая там курсы. Она восхищалась тем, что я закончил магистратуру в Иннополисе, и нередко обращалась за советами по работе. Мы сдружились, и это добавило приятных моментов в рабочие будни.
Параллельно я присматривался к новому автомобилю и обратил внимание на Hyundai Solaris и Kia Rio в максимальных комплектациях. Стоимость у каждой модели немного превышала миллион рублей, но они принадлежали надёжным южнокорейским брендам, выпускались в России под эгидой концерна Hyundai Motor Group и были построены на общей платформе. У них схожие технические характеристики и хорошая адаптация к нашим дорогам и климату, однако отличались они дизайном и вариативностью оснащения, что позволяло подобрать машину под собственные предпочтения. Я решил для начала накопить на первоначальный взнос.
В конце октября я прогуливался по Новому Арбату и зашёл в магазин «Дом Книги». Там мне на глаза попалась книга «A Street Cat Named Bob» («Уличный кот по имени Боб») Джеймса Боуэна. Её яркая обложка и увлекательная аннотация не оставили шансов пройти мимо. Сюжет книги основан на реальной истории: уличный музыкант из Лондона, испытывающий серьёзные трудности, встречает бездомного кота, который неожиданно становится для него настоящим спасением. Благодаря заботе о Бобе, сам музыкант обретает смысл жизни и веру в собственный успех. Со временем он делится этим вдохновляющим опытом в своей книге, где описывает, как кот научил его ответственности и помог поверить в себя.
Меня глубоко тронуло то, как судьба свела двух «потерявших надежду» — человека и животное, и то, что взаимная поддержка не только дала им силы выкарабкаться из сложных обстоятельств, но и привела к по-настоящему счастливому исходу.
17 декабря 2017 года я наконец приобрёл белый Hyundai Solaris в максимальной комплектации. Для меня это было не просто покупкой автомобиля, а настоящим символом успеха, который стал возможен благодаря упорству и настойчивости.
Сразу после покупки я встретился с Аней на станции метро Красногвардейская. Мы обсудили машину, и она, осмотрев её, сказала: «Машина неплохая, но лучше бы она была синяя». Её комментарий меня развеселил, ведь для меня важнее всего было само достижение цели, а не цвет автомобиля.
Конечно, мысль о Наде не покидала меня. Мне очень хотелось донести до неё правду о том, каким я стал, о своих достижениях и честности. Я думал, что покупка новой машины и закрытие долгов придадут мне больше уверенности и веса в её глазах. Я надеялся, что это поможет мне встретиться с Надей и, возможно, наладить с ней отношения.
Мне было понятно, что Надя уже давно сложила обо мне определённое мнение, основанное на её собственных воображениях и предубеждениях. Она видела во мне какого-то плохого, ужасного человека и, казалось, не собиралась это мнение менять. Её мнение было удобным для неё, и она даже не задумывалась о том, чтобы пересмотреть свои взгляды. Я понимал, что ей не захочется меня видеть, и вряд ли будет легко приблизиться к ней.
Поэтому я обратился за помощью к Ане, которая всегда поддерживала меня, пока я был в Иннополисе. Мы с Аней были близкими друзьями, и я полностью доверял ей. Я предложил ей сходить на занятие к Наде, чтобы посмотреть, можно ли как-то наладить контакт. Взамен я пообещал отвезти её в Петербург. Аня, зная, как сильно я переживаю из-за Нади, согласилась помочь.
Сначала мы с Аней отправились в школу танцев, где работала Надя, чтобы записать её на занятие. Именно тогда произошло моё первое знакомство с Екатериной Т. — красивой, деловой женщиной, подругой Нади. Екатерина сразу произвела на меня впечатление своей уверенностью и организованностью. Она держала всё под контролем и без лишних слов решала все вопросы. Я не мог не заметить, что её профессиональный подход к работе и дружба с Надей вызывали у меня некоторую надежду на то, что через неё я смогу наладить контакт с Надей.
В назначенный день Аня пошла на занятие к Наде, а я остался ждать в машине. Когда занятие закончилось, я увидел, как Надя спустилась вниз и вышла из здания. Она направлялась к старой машине, припаркованной у торца, и я сразу понял, что это машина её парня. Не раздумывая, я первым подошёл к ней и сел внутрь. Внутри был молодой человек. Я поприветствовал его и сказал: «Меня зовут Игорь, а тебя?» Он выглядел ошарашенным и, немного замешкавшись, ответил: «Андрей». Однако позже я узнал, что его настоящее имя — Александр.
Не успел я осознать всю странность происходящего, как подошла Надя. С холодным взглядом она просто молча вышвырнула меня из машины, не дав ни секунды, чтобы сказать хоть слово. После этого она сама села внутрь, захлопнула дверь и уехала с Александром, не обратив на меня никакого внимания. Моё разочарование было велико — я ожидал, что после всего, что я сделал, она хотя бы даст мне шанс поговорить. Но, похоже, она не была готова к этому, возможно, из-за собственных переживаний или неуверенности в том, как поступить. Я понимал, что её чувства, вероятно, сложны, и не хотел на неё давить, но мне было сложно смириться с тем, что она даже не дала мне возможности высказать свою точку зрения.
Я быстро побежал к своей машине – белому Hyundai Solaris, мгновенно разблокировал двери и резко прыгнул внутрь. В этот момент, будто из ниоткуда, появилась Аня. Она была собранной, будто уже знала, что делать, и без лишних вопросов села на пассажирское сиденье, закрыв за собой дверь. Я не стал тратить время на объяснения – нажал на кнопку запуска двигателя, вдавил педаль газа и поехал следом.
Они сразу поняли, что мы их преследуем. Мы выехали на улицу Белореченская, и я заметил, как их машина ускорилась — они явно пытались уйти. Но я не собирался отступать. Я всё ещё надеялся, что у меня будет шанс сказать Наде всё, что накопилось, объяснить, что всё не так, как ей кажется.
Белореченская упиралась в Краснодарскую, и, не сбавляя скорости, они свернули налево. Проехав ещё немного, на перекрёстке с Совхозной они внезапно сделали резкий разворот, словно пытаясь запутать нас. Это был классический трюк, чтобы сбить хвост. Но я не из тех, кто так легко сдаётся. Я профессиональный водитель, и такие манёвры для меня не проблема. В мгновение ока я повторил их финт, разворачивая руль на 180 градусов, и снова оказался за ними.
Они ехали быстро, пытаясь найти способ уйти. Мы мчались по ночным улочкам, проносясь мимо фонарей, припаркованных машин и редких прохожих, удивлённо провожавших нас взглядами. Вокруг лежал снег, местами сбитый до льда, а кое-где ещё пушистый, свежий, будто только что выпавший. Я чувствовал, что их маршрут уже предопределён. Они направлялись туда, где Надя провела своё детство — в квартиру, хранящую воспоминания о её первых шагах, школьных годах и несбывшихся мечтах. Меня это вполне устраивало.
Когда они остановились возле её подъезда, рядом с припаркованными машинами, я тоже затормозил позади. Ощущение тупика нарастало: я понимал, что любое неверное движение только усугубит ситуацию. Действовать следовало осторожно, не давая ни малейшего повода думать обо мне ещё хуже.
Я вышел из машины и подошёл к их автомобилю, направившись к двери, за которой на пассажирском сиденье сидела Надя. Она смотрела на меня, будто набрав в рот воды, намеренно молча, не произнося ни слова. Лишь телефон в её руках выдавал её действия — она продолжала снимать, как будто это было важнее, чем диалог.
Я попытался объяснить, что не собираюсь делать ничего плохого, что хочу лишь поговорить. Но её молчание казалось громче любых слов. В её глазах читалась отчуждённость, настороженность, словно она видела перед собой опасность. Это было несправедливо. Я слишком честный и справедливый человек, чтобы нанести кому-то вред, и её поведение лишь усиливало моё разочарование.
Съёмка на телефон лишь усиливала моё желание доказать Наде, что я не тот, кем она меня считает. Я смотрел на неё и пытался донести простую мысль: «Я такой же человек, как и все. Обычный.» Но в ответ она лишь саркастически кивнула. В её взгляде было не просто настороженность — скорее ожидание. Ожидание чего-то предсказуемого.
Может быть, она ждала агрессии? Для неё это был бы стандартный сценарий: бывший, который не смирился, потерял контроль и вот-вот сорвётся. Всё, как в историях, которые обычно заканчиваются плохо. Но именно это я и пытался разрушить. Моей миссией было выходить за рамки предсказуемого, ломать штампы и доказывать, что я — не часть системы. Я над стандартными сценариями. Я над системой.
Однако вскоре я осознал, что оказался в безвыходной ситуации. Они переглянулись, словно молча приняв какое-то решение, и просто вышли из машины, направляясь к подъезду. Я ускорил шаг, следуя за ними. Когда они вошли в подъезд, я тоже нырнул внутрь.
Они вызвали лифт, и я, не раздумывая, шагнул следом. В замкнутом пространстве напряжение только усилилось. Надя продолжала снимать меня на телефон, а я стоял, облокотившись о стенку лифта, и пытался понять, что с ней происходит. Она смотрела на меня стеклянными глазами, словно запрограммированный автомат, выполняя заранее усвоенный алгоритм. В её действиях не было ни капли эмоций, ни намёка на живую реакцию — только выученный шаблон, будто система заранее подготовила её к этому моменту.
И вдруг мне пришла в голову мысль: ведь если я уже столкнулся с этим ледяным равнодушием, то дальше мне придётся иметь дело ещё и с её отцом. Я почувствовал, как внутри зарождается страх. А что, если я действительно потеряю контроль? Всё зашло слишком далеко. Нужно было уходить, пока ситуация не вышла из-под контроля.
Я посмотрел на неё и, словно проверяя свои догадки, спросил:
— Так я сейчас ещё и с папочкой увижусь?
Надя кивнула.
В этот момент я понял — пора заканчивать. Я не знал, какие слова говорить, что доказывать, как пробиться сквозь эту гигантскую стену предвзятости, шаблонов, стереотипов, которые уже прочно укоренились в её сознании. Когда лифт достиг нужного этажа, они вышли и, словно ожидая чего-то, обернулись ко мне.
Но я уже знал, что не последую за ними. Развернувшись, я молча сел обратно в лифт, спустился вниз, вышел на улицу и направился к своей машине. Там меня ждала Аня.
Когда я сел в машину, мы с Аней переглянулись, и вдруг она сказала, как будто угадав мои мысли:
— «Медлячок, чтобы ты заплакала.»
Я рассмеялся:
— «Точно! Врубаем!»
Мы включили «Баста – Выпускной», и, не говоря больше ни слова, выехали в сторону своего района. Музыка заполнила салон, а ночной город с его фонарями и пустыми улицами будто подыгрывал этому моменту.
Только уже по пути, когда мы свернули в знакомый переулок, Аня вдруг вспомнила:
— Кстати, я записала номер машины.
Как оказалось, это было не зря — позже этот номер помог узнать телефон парня Нади.
Вскоре мы решили, как и планировали, отправиться на новогодние праздники в Питер. Поехали на машине, и, честно говоря, это было довольно захватывающее приключение. Мы решили переночевать в машине, что уже само по себе было эпично. Мы долго искали место для парковки, чтобы не быть на виду, и в итоге остановились на окраине Петербурга, возле помойки. Мы хотели перед сном посмотреть фильм, но случилось нечто неожиданное — к нам подъехала полицейская машина.
Полицейский подошёл к окну и спросил у Ани, всё ли в порядке. Она ответила, что всё хорошо, и на этом их проверка закончилась. Я объяснил, что мы просто собирались посмотреть фильм, на что полицейский посмотрел на нас, оценил обстановку и уехал.
Мы были слегка в шоке от этого неожиданного визита и решили прогуляться, чтобы успокоиться. Прогулка по ночному Питеру помогла снять напряжение, и через некоторое время мы вернулись в машину, чтобы переночевать. Однако утром нас вновь разбудили полицейские, постучав в окно. Мы быстро собрались и отправились на прогулку по городу.
Вернувшись в Москву, я познакомился с коллегами, которые трудились в других компаниях, но также сотрудничали со Сбербанком. Одна из этих компаний проводила обучение с последующим трудоустройством. Я решил, что это отличный шанс для Ани, и поделился с ней этой возможностью. Она позвонила, записалась на курсы и начала учиться тестированию, что стало для неё отправной точкой в новой карьере.
В дальнейшем я пытался разобраться в том, что происходит между мной и Надей снова. По номеру машины мой знакомый полицейский нашёл владельца, и оказалось, что его зовут Александр. Я решил позвонить ему, чтобы спокойно поговорить и прояснить ситуацию. Когда Александр узнал, кто звонит, он растерялся и бросил трубку. Но я перезвонил снова и попытался поговорить с ним с уважением: «Александр, здравствуйте ещё раз. Возможно враги нас разъеденили. Нам нужно обсудить ситуацию». Он начал объяснять, что Надя очень нервничает из-за всей этой ситуации, что меня шокировало. Я не хотел, чтобы она чувствовала тревогу, ведь моя цель была не причинить ей вред, а попытаться во всем разобраться.
Я предложил: «Пусть она просто выйдет на связь, и мы сможем обсудить все вопросы. Я не понимаю, зачем избегать разговора, если мы можем всё решить мирно». Но Александр был явно не готов к открытому диалогу и продолжал мямлить что-то невнятное. Я попытался объяснить ему, что избегание общения только усугубляет ситуацию, и если Надя захочет поговорить, я готов услышать её и помочь снять эту напряжённость. На этом наш разговор завершился — с его стороны были только мычания и неопределённые ответы.
Неудачная встреча с Надей заставила меня задуматься о том, что мне необходимо уделять больше внимания своему физическому и эмоциональному состоянию. Я понял, что настало время для перемен. Одним из первых шагов стал отказ от курения, что уже однажды помогло мне вернуть жизненную энергию.
В конечном итоге, начав поиски организации, способной устроить качественный поход, я наткнулся на «Клуб Приключений». На их веб-сайте мне удалось найти информацию о предстоящем походе по Ликийской тропе в Турции, и я без колебаний решил присоединиться. В марте я отправился в 10-дневное приключение, которое началось в Анталии. Ликийская тропа, известная своей живописной красотой и историческим значением, тянется вдоль юго-западного побережья Турции, соединяя древние города Ликийского царства.
Меня окружала великолепная природа и компания интересных людей. Нашу группу вели два замечательных гида — Катя, которая шла впереди, обеспечивая безопасность и направление, и Инна, замыкавшая колонну, чтобы никто не отстал. Среди участников была незабвенная Валя, с которой мне довелось делить палатку. В группе также присутствовали пара из Германии, русские по происхождению, которые выбрали это время для отпуска, а также несколько других участников, каждый с своей уникальной историей и мотивами для этого похода.
Маршрут был обозначен бело-красными полосками, которые можно было увидеть то на камнях, то на деревьях. Это помогало нам ориентироваться в дороге. Одним из самых запоминающихся мест стал мыс и маяк Гелидония. Там был настолько сильный ветер, что нас буквально сдувало с ног, и я отчётливо помню, как приходилось крепко держаться, чтобы устоять. Мы также посетили античный город Мира в Демре — это место, где сохранились древние руины и захватывающие дух пейзажи.
Этот поход стал для меня настоящим переломным моментом. Я снова бросил курить и почувствовал, как силы и энергия возвращаются ко мне. Прогулки по Ликийской тропе помогли мне освежиться, обрести внутреннее спокойствие и вернуться к нормальной жизни. Каждый день был наполнен вдохновляющими видами и ощущением свободы, и это дало мне возможность перезагрузиться.
В один из таких дней я даже искупался в Средиземном море, хотя это была середина марта, и многие турки ещё ходили в шапках. На такой шаг я решился после того, как одна из участниц похода первой зашла в воду, и я последовал за ней. Это плаванье в холодной воде стало для меня символом обновления и укрепило моё чувство свободы. По возвращении из Турции я вновь смог сосредоточиться на работе и начал строить новые планы на будущее.
А уже в мае я отправился на свой первый сплав с «Клубом вечнозелёных». Именно там я познакомился с Евгенией П., которая впоследствии стала моей знакомой и подругой по переписке. Сплав был интересным и захватывающим опытом, и Евгения оставила приятное впечатление. В тот раз с нами была также её подруга Тоня, с которой мы после этого виделись лишь однажды. После сплава я довёз их обеих на своей Hyundai Solaris до Москвы. Евгения даже отметила, что я отлично вожу. Сплав стал одним из ярких моментов того года, подарив мне новых друзей и незабываемые впечатления.
