Один субъект может иметь дело с вещью, процессом или другим человеком. Во всех случаях он различает происходящее из собственной позиции и строит способ действия. Однако при встрече с другим субъектом появляется возможность, которую нельзя исчерпать описанием его свойств и состояний: другой тоже различает, придаёт смысл происходящему и может действовать из собственной позиции.
Субъект-объектное и субъект-субъектное отношение обозначают два способа построить связь с тем, на кого или на что направлено действие. Различие между ними важно именно тогда, когда перед первым субъектом находится другой субъект: он может быть включён в действие как объект и при этом не утратить своей субъектности.
Отношение к объекту
В субъект-объектном отношении субъект выделяет нечто как предмет наблюдения, объяснения или изменения. Он устанавливает, какие свойства этого предмета существенны для его задачи, какие воздействия возможны и по каким признакам судить о результате. Объектом в этом смысле может быть материальная вещь, собственное состояние субъекта или другой человек.
Такое отношение не означает, что предмет лишён собственной причинности или что описание заведомо ложно. Оно означает, что в данном построении связи источник постановки задачи и критериев действия находится на стороне субъекта, а рассматриваемое выступает тем, с чем он работает. Ответ объекта можно учитывать как сопротивление, изменение состояния или обратную связь, не признавая за ним собственной позиции по отношению к происходящему.
Когда врач измеряет температуру пациента, он делает его тело объектом измерения. Это необходимо для задачи и само по себе не превращает пациента в «вещь». Но если всё, что пациент говорит о своём состоянии и целях, заранее переводится только в данные для готовой схемы, субъект-объектное отношение начинает определять всю встречу.
Отношение к другому субъекту
Субъект-субъектное отношение возникает, когда другой рассматривается не только как носитель наблюдаемых состояний или исполнитель предусмотренной роли, но и как самостоятельный источник различения, смысла и действия. Его ответ может сообщить новый факт, изменить постановку вопроса, оспорить предложенную цель или выявить границу самой схемы, в которой его пытались понять.
Здесь недостаточно дать другому возможность высказаться, если допустимый смысл его слов заранее установлен первым субъектом. Существенна открытость самой связи к тому, что другой способен внести в неё собственное различение. Первый субъект не обязан соглашаться с ним: спор также может сохранять субъект-субъектное отношение, пока возражение рассматривается как позиция, с которой необходимо иметь дело, а не только как помеха, подлежащая устранению.
Такое отношение не требует симметрии знаний, власти или ответственности. Учитель и ученик могут находиться в разных положениях, но ученик остаётся субъектом, способным понять задачу иначе, обнаружить противоречие или отказаться от предложенного смысла. Признание этой возможности не отменяет различия ролей.
Один человек в двух отношениях
Объектом является не «вид существа», а место в конкретном отношении. Субъект A может сделать субъекта B объектом наблюдения или воздействия; B при этом продолжает различать ситуацию и действовать из собственной позиции. В то же время B может рассматривать A как препятствие для своей цели. Ни одна из этих рамок не отменяет другую и не определяет целиком того, кем являются A и B.
Встреча обычно сочетает оба способа обращения. Чтобы помочь человеку, можно измерять состояние его тела, учитывать ограничения среды, договариваться о действиях. Вопрос не в том, присутствуют ли объективирующие операции вообще, а в том, исчерпывают ли они отношение. Если решения другого допустимы только как отклонения от заранее заданной модели, его субъектная позиция исключена из построения общего действия.
Переход возможен и в обратную сторону. Разговор, начавшийся как открытый, становится субъект-объектным, когда один участник перестаёт слышать в ответе другого самостоятельное различение и видит лишь материал для управления. Объявленное уважение или равенство само по себе не гарантирует субъект-субъектного отношения; важно, может ли ответ другого реально изменить дальнейший ход взаимодействия.
Граница различения
Не всякий неожиданный ответ указывает на субъекта. Камень сопротивляется воздействию, прибор выдаёт непредусмотренный результат, система изменяет поведение. Эти события могут заставить первого субъекта пересмотреть свою модель, но из них самих не следует, что отвечающее занимает собственную смысловую позицию. Поэтому способность изменить чужой план ещё не служит достаточным критерием субъектности.
И наоборот, невозможность непосредственно наблюдать внутреннюю позицию другого не даёт основания свести её к набору внешних признаков. В отношении между людьми субъектность другого не выводится из удобства первого субъекта и не исчезает, когда первый отказывается её учитывать. Различие двух отношений описывает прежде всего способ обращения: оставлено ли другому место как источнику собственного действия и смысла.
Итак, субъект-объектное отношение организует работу с различённым как с предметом задачи. Субъект-субъектное отношение сохраняет возможность встретить в другом самостоятельный источник различения, способный изменить не только результат, но и саму постановку задачи.
