Постановка вопроса
Ценность часто связывают с редкостью, уникальностью, полезностью, желанием или необходимостью. Но ни одно из этих слов само по себе не объясняет, почему нечто становится значимым для субъекта. Редкие вещи могут оставаться безразличными, необходимые могут быть широко доступны, а привычные и повторяющиеся события могут сохранять исключительное значение.
Особое внимание заслуживает предположение: ценность может возникать в отношении к уникальному различию, которое открывает возможность дальнейшего смыслового развития. Существенна не только необычность предмета, но и вопрос о том, какое продолжение он способен открыть, какой ещё не существовавший сюжет может сложиться благодаря встрече субъекта с этим различием.
Однако здесь нельзя незаметно поместить готовый смысл внутрь объекта или превратить возможность продолжения в обязательную программу. Требуется исследовать само возникновение ценности, а не начинать с уже выбранной шкалы.
1. Определение в разработке
Рабочая формулировка: ценность обозначает значимость, обнаруживаемую или возникающую в отношении субъекта к различённому; одна из возможных основ этой значимости — способность различия открыть новые смысловые продолжения, которые не исчерпываются его наличной формой.
Это не окончательное определение. Пока остаются неразрешёнными три вопроса:
- Ценность возникает одновременно с отношением субъекта к различию или субъект обнаруживает значимость, существование которой не сводится к акту обнаружения?
- Необходима ли ценности возможность дальнейшего смыслового продолжения, либо она лишь один из источников ценности?
- Что именно называется «собственной» смысловой продуктивностью различия, если его дальнейший сюжет не записан в самом объекте и не предопределён заранее?
Именно эти вопросы, а не общее сомнение во всех определениях, оставляют определение в разработке.
2. Различие ещё не является ценностью
Субъект различает множество вещей: оттенки, звуки, лица, события, положения предметов, изменения обстоятельств. Но из факта различения не следует, что всё различённое одинаково значимо.
Можно заметить необычный оттенок камня и не вернуться к нему. Можно услышать фразу, которая ничем не выделяется по громкости или грамматике, но изменит направление дальнейшего исследования. Можно открыть редкую закономерность и ещё не понимать, какое место она займёт в мышлении.
Следовательно, нужно удерживать раздельно:
- различимость: нечто выделено из ранее неразличённого;
- отличие: чем именно различённое не совпадает с другим;
- уникальность: обнаруженное не повторяется в рассматриваемом отношении или обладает неповторимым сочетанием различий;
- значимость: какое отношение это различие имеет для субъекта;
- ценность: особый вопрос о возникшей или обнаруженной значимости, её основании и возможном продолжении.
Последние два понятия пока нельзя окончательно отождествлять. Если сказать «ценно всё значимое», не исследовав, в каком отношении значимость становится ценностью, определение окажется круговым.
Факт появления нового различия не содержит автоматического требования считать его ценным.
3. Уникальность и редкость: два разных отношения
Редкость описывает частоту, распространённость или доступность чего-либо относительно выбранного множества и условий. Она предполагает вопрос: редко среди чего, для кого, где и когда?
Уникальность в одном смысле означает единственность относительно некоторого критерия. Но в другом, более интересном для исследования смысле, она может обозначать неповторимость конкретного смыслового отношения или складывающейся траектории.
Эти смыслы нельзя подменять друг другом.
- Редкий минерал может не открывать субъекту ничего, кроме знания, что экземпляров мало.
- Обычный предмет может стать единственным свидетельством невоспроизводимого события.
- Два физически одинаковых письма могут иметь совершенно разную ценность, если одно является непосредственным следом важного отношения.
- Необычность может исчезнуть после многократного повторения, а смысловая значимость сохраниться или возрасти.
Редкость способна усиливать внимание, трудность замещения и последствия утраты. Но эти эффекты не составляют универсальной причины ценности.
Редкость различия не равна ценности различия.
Иначе пришлось бы признать ценным всякое случайное, почти не встречающееся отклонение, независимо от его значения.
4. Дальнейшая смысловая продуктивность различия
Предположение о смысловом продолжении требует отдельного исследования.
Субъект может столкнуться с различием, которое не только выделяется на фоне другого, но и открывает дальнейшие различения: новые вопросы, связи, действия, отношения, способы понимания, преобразования существующих форм.
Условная структура:
различённое A → возможное продолжение B → новые различения C, D, …
Но стрелки здесь нельзя читать как физический закон, автоматическую причинность или уже существующий алгоритм будущего. Они обозначают возможную последовательность работы со смыслом. Субъект может не совершить следующего шага; шаг может оказаться неожиданным; новая траектория может изменить исходное понимание A.
Предварительно эту способность можно назвать смысловой продуктивностью различия: различённое способно участвовать в возникновении новых смысловых связей, не будучи исчерпанным своим первоначальным описанием.
Формула «собственная дальнейшая смысловая причинность» привлекательна тем, что подчёркивает: в различённом есть нечто существенное для дальнейшего движения, а не просто произвольно назначенная человеком награда. Но она содержит риск подмены.
В каком смысле «собственная»?
Не в том смысле, что внутри камня, слова, встречи или открытия спрятан полный сценарий будущих событий.
«Собственная» может указывать на то, что особенности различённого действительно имеют значение для открывающихся продолжений. Одни свойства позволяют определённые действия, другие их исключают. Одна фраза содержит противоречие, способное открыть исследование. Одна встреча приводит к отношениям, которые невозможно получить из любой другой встречи путём простой замены участника.
Предмет не является пустой поверхностью, на которую субъект наносит произвольную ценность. Но и ценность не лежит в нём как готовый физический атрибут.
Здесь возникает отношение, в котором необходимо одновременно удерживать:
- особенности самого различённого;
- субъекта, различающего эти особенности;
- условия, в которых встреча произошла;
- возможность дальнейших смысловых переходов;
- отсутствие гарантии, что эти переходы будут осуществлены.
Смысловая продуктивность не означает предопределённость смысла.
Возможная причинность не есть готовая причина
Если различие может привести к некоторому продолжению, это не значит, что продолжение уже содержится в нём в виде обязательного следствия.
Возможность не следует превращать ни в гарантию, ни в вероятность по заранее закрытому перечню исходов. Тем более нельзя считать каждое воображаемое продолжение подтверждённой ценностью предмета.
Поэтому вопрос не только в том, может ли что-то произойти после A, а в том, какие основания позволяют связать открывающееся продолжение именно с A и в чём состоит участие субъекта в этом переходе.
5. Может ли всё обладать смысловым потенциалом?
Можно предположить, что практически любое различённое способно открыть дальнейшую смысловую траекторию, если субъект обнаружит ранее незамеченное отношение.
Обычный камень может стать материалом для исследования, свидетельством истории места, элементом произведения или причиной нового вопроса. Это показывает, что отсутствие обнаруженной ценности не равно доказательству отсутствия возможного смыслового продолжения.
Однако было бы другой формой преждевременного замыкания утверждать, будто всё уже обладает одной и той же ценностью или что всё непременно имеет заранее существующий смысл.
Следует различать:
- смысловую траекторию, уже осуществлённую субъектом;
- продолжение, для которого обнаружены основания;
- ещё не исследованную возможность;
- произвольно придуманную историю, приписанную предмету.
Неизвестность не позволяет объявить предмет бессмысленным. Но и не даёт основания приписывать ему конкретный скрытый сюжет без исследования.
6. Потребность как источник значимости
Особый случай возникает, когда субъект испытывает нужду.
Человек хочет пить, нуждается в лекарстве, ремонте устройства, пище, безопасности или возможности продолжить значимое дело. Встреча с тем, что позволяет удовлетворить потребность, может приобретать высокую значимость.
Но отсюда не следует, что нужда и ценность тождественны.
Нужда сообщает о конкретном отношении между субъектом, его состоянием, условиями и тем, что необходимо или желательно изменить. Ценность может возникать в отношении к удовлетворению потребности, к самому предмету, к доступности решения, к сохранению возможности действовать или к чему-то ещё.
Нужно также различать:
- значение потребности для субъекта;
- ценность конкретного способа её удовлетворения;
- доступность этого способа;
- рыночную цену доступа;
- последствия неудовлетворения.
Эти отношения могут изменяться независимо.
Удовлетворение потребности и уменьшение дефицита
Если человек всегда имеет доступ к чистой воде, очередной стакан воды может восприниматься как нечто само собой разумеющееся. Срочность получения именно этого стакана снижается.
Если доступ исчезает, та же вода приобретает совершенно другую значимость. Физический состав воды мог не измениться. Изменились условия субъекта и доступность удовлетворения его потребности.
Но из уменьшения срочности не следует, что вода потеряла жизненную значимость.
Снижение переживаемого дефицита не равнозначно исчезновению ценности.
Нередко уменьшается не значимость самого условия существования, а значимость получения ещё одной единицы того, что уже доступно в достаточном количестве.
И наоборот: сильная нужда может повысить готовность заплатить за решение, не делая справедливой любую назначенную цену.
7. Редкость удовлетворения и ценность нужды
Здесь легко совершить подмену:
потребность трудно удовлетворить → удовлетворение становится особенно значимым → сама нужда объявляется источником рыночной стоимости.
Третий переход не содержится в первых двух.
Потребность принадлежит субъекту, который её испытывает. Она не является автоматически экономическим ресурсом другого человека. Когда продавец использует чужую необходимость прежде всего для извлечения максимального вознаграждения, значение потребности для одного субъекта превращается в инструмент выгоды другого.
Редкость средства, высокая срочность и отсутствие альтернатив могут менять условия обмена. Но они не устанавливают, что чужая уязвимость должна становиться основанием коммерческой эксплуатации.
Это различие подробно рассматривается в «Извлечении выгоды из чужой потребности».
8. Почему золото стало ценным?
Золото представляет полезный случай, потому что в нём одновременно встречаются физические особенности, ограниченная доступность, эстетическое восприятие, история отношений и коллективно воспроизводимые формы оценки.
Свести историю его ценности только к редкости недостаточно.
Золото относительно редко и его добыча требует усилий. Оно заметно по цвету и блеску, устойчиво ко многим химическим воздействиям в обычных условиях, пластично и пригодно для изготовления украшений и изделий. Эти особенности позволяют ему сохранять внешний вид и принимать разные формы. Со временем золото включалось в украшения, ритуалы, знаки власти, дарение, накопление, денежные отношения и техническое применение.
Но перечисление свойств ещё не объясняет возникновения ценности.
Физические свойства не содержат готового общественного отношения к золоту.
Можно предложить последовательность вопросов:
- Что именно привлекло внимание субъекта при встрече с этим металлом?
- Почему заметное отличие оказалось значимым, а не просто необычным?
- Какие действия позволили его особенности?
- Каким образом первоначальная значимость получила продолжение в украшении, даре, символе, способе хранения или обмена?
- Когда признание другими субъектами стало поддерживать уже сложившуюся оценку?
- В какой момент установленная цена начала восприниматься как доказательство собственной ценности металла?
Это исследование условий, а не утверждение единственной исторической последовательности. У золота не было одного неизбежного назначения, заранее записанного в его веществе.
Мысленный эксперимент: золота стало очень много
Предположим, золото внезапно стало столь же доступно, как обычный строительный материал.
Вероятно, изменились бы его редкостная привлекательность и некоторые основания высокой рыночной цены. Но химические свойства, цвет, пластичность, способность участвовать в создании вещей и часть культурно сложившихся отношений не исчезли бы автоматически.
Это показывает, что редкость способна быть одним из условий оценки, но не тождественна всему содержанию ценности.
Мысленный эксперимент: редкий, но бесполезный сам по себе предмет
Предположим, найден почти уникальный камень, о котором известно только, что аналогов мало.
Для коллекционера именно эта редкость может открыть значимый сюжет. Для исследователя ценность может состоять в вопросах, которые камень позволяет поставить. Для другого субъекта камень останется безразличным.
Нельзя сказать, что количество экземпляров само произвело одинаковую ценность для всех. Но нельзя и утверждать, что особенности камня не играют роли. Нуждается в исследовании именно отношение особенностей предмета и возможной смысловой траектории субъекта.
9. Ценность, цена, полезность и смысл
У этих понятий разные основания.
Цена — установленное или возникающее в конкретных условиях обмена количественное выражение. Цена может изменяться под влиянием предложения, спроса, правил, ожиданий и власти участников рынка. Она не является прямым измерителем полноты значения предмета для субъекта.
Полезность — отношение предмета или действия к некоторой задаче, функции или результату. Вопрос «для чего это пригодно?» не равен вопросу «почему это ценно?».
Редкость — отношение к распространённости и доступности. Из малой частоты не следует ни обязательная полезность, ни ценность.
Желанность — отношение стремления. Субъект может желать того, что впоследствии признает разрушительным; может признавать значимость того, к чему не стремится.
Смысл — отдельный предмет исследования. В «Смысле» пока остаётся открытым вопрос: является ли смысл направленностью, связывающей различения, или самим движением субъекта через них. Определение ценности не должно тайно решать этот вопрос вместо самостоятельного исследования.
Ценность — ещё не окончательно определённое отношение значимости, возможных продолжений и их оснований. Её нельзя объявлять синонимом ни одного из перечисленных понятий.
10. Ценность не обязана уменьшаться от повторения
Нужно проверить и обратную сторону гипотезы о редкости.
Повторяемое может терять новизну, но сохранять значение. Иногда значимость даже возникает благодаря длительности, повторению, накоплению общего опыта и истории отношения.
Ежедневный разговор может быть внешне повторяемым действием, однако ни одна встреча не является простым воспроизведением предыдущей. Повторение формы не тождественно повторению смысловой траектории.
Близкий человек не становится менее ценным от того, что встреча с ним доступна каждый день. Исчезновение дефицита встреч не превращает человека во взаимозаменяемый предмет.
Поэтому нельзя считать редкость необходимым условием ценности. Более интересным может оказаться другое: невозможность заменить конкретное отношение другим, формально похожим отношением, не утратив существенных различий.
Но и незаменимость нельзя немедленно превращать в универсальное определение. Её основания и границы требуют отдельного рассмотрения.
11. Ценность человека и опасность рыночной аналогии
Если объявить редкость и уникальность достаточным основанием ценности, появится серьёзная проблема: значимость человека начнут сравнивать по количеству его заменителей, необычности способностей, востребованности или полезности.
Это перенесёт логику оценки предметов и услуг на субъекта.
Человека нельзя отождествлять с продуктом его деятельности, набором характеристик или местом в системе. Его неповторимость не сводится к редкости экземпляра некоторого типа.
Сам вопрос о «ценности человека» требует разбирательства: не оказывается ли он способом оценить субъекта с внешней позиции прежде, чем установлено, что именно называют ценностью?
В «Комментариях к гуманизму» уже зафиксировано это затруднение. Необходимо различать признание несводимости субъекта к конечной форме и объявление его носителем заранее заданной оценочной величины.
12. Ценность не создаёт обязанности действовать
Даже если субъект обнаружил значимость различия и видит возможное продолжение, само обнаружение не производит необходимого действия.
Различие может остаться различённым. Возможность может остаться неосуществлённой. Субъект может изменить отношение к ранее ценному, отказаться от продолжения или увидеть другие основания.
Именно поэтому смысловая продуктивность не должна превращаться в скрытую телеологию:
«Это способно открыть важный сюжет» не означает «этот сюжет должен быть осуществлён».
В «Действии ради удержания различия» исследуется деятельность, не сводимая к получению вознаграждения. В «Цель не создаёт обязательства» отдельно показано, что существование цели не создаёт необходимости достижения.
Вопрос о ценности не отменяет этих различений.
13. Как ценность превращают в свойство вещи
Одна из центральных ошибок возникает, когда длительно признаваемое отношение сворачивается в характеристику предмета:
- Субъекты различают нечто и обнаруживают значимость.
- Возникают действия, практики, формы признания и обмена.
- Отношение закрепляется в языке и институтах.
- Начинают говорить, будто ценность всегда находилась в самом предмете в готовом виде.
- Сложившаяся оценка предъявляется новым субъектам как обязательный факт.
Это частный случай реификации: отношение принимается за самостоятельную сущность или собственное свойство объекта. Однако выявление реификации не означает, что все участвующие в отношении особенности предмета выдуманы.
Ошибка состоит не в признании значимости, а в исчезновении из объяснения того отношения, в котором она возникла.
Не менее существенна обратная подмена: объявить ценность исключительно произвольным назначением, словно объект, обстоятельства и история вообще не имеют отношения к дальнейшему смысловому развитию.
Обе подмены заранее закрывают предмет исследования.
14. Проверочные случаи
Необычное, но незначимое
Случайное, единственное в своём роде расположение пылинок может быть крайне редким. Откуда следует его ценность? Если ничего, кроме статистической редкости, не обнаружено, основания для ценности ещё не предъявлены.
Обычное, но незаменимое
Привычная вещь может быть связана с единственной историей, которую невозможно перенести на физически идентичный заменитель. Ценность здесь нельзя вывести только из свойств материала или частоты его встречаемости.
Необходимое, но доступное
Вода может быть доступна без усилий и одновременно оставаться условием продолжения жизни. Величина срочности очередного приобретения не исчерпывает её значение.
Уникальное исследовательское различие
Новая мысль может не обещать ни вознаграждения, ни признания, ни гарантированного результата. Но она открывает вопросы, которых до неё не существовало для субъекта. Ценность здесь может быть связана с незамкнутостью открывшегося смыслового пространства.
Встреча, дальнейший сюжет которой неизвестен
Субъект встречает другого человека или сталкивается с событием. Сама встреча ещё не содержит заранее известной истории. Значимость может обнаружиться позже, когда развернутся новые отношения. Нельзя задним числом выдавать последовавшее за неизбежную причинность, заранее находившуюся в первой встрече.
15. Открытые вопросы исследования
- Является ли ценность особой формой значимости или эти слова обозначают одно отношение?
- Возникает ли ценность при первоначальном различении, при обнаружении возможности продолжения либо при осуществлении продолжения?
- Может ли различие быть ценным без перспективы дальнейшего развития, например в силу уже состоявшейся неповторимой истории?
- В каком смысле можно говорить о «собственной смысловой причинности» различия, не превращая предмет в носителя заранее заданной цели?
- Как отличить действительно обнаруженное основание возможного продолжения от произвольной истории, придуманной после встречи с предметом?
- Чем отличается редкость вещи от незаменимости отношения?
- Что именно меняется при полном удовлетворении потребности: ценность, переживание дефицита, срочность действия или цена дополнительной единицы?
- Может ли ценность существовать без желания и без намерения действовать?
- Каким образом ценность, обнаруженная одним субъектом, становится значимой для другого без присвоения права навязывать ему оценку?
- Можно ли вообще говорить о ценности субъекта тем же языком, которым говорят о ценности вещи, или это уже подмена предмета?
- Является ли позднее обнаружение ценности созданием нового отношения или раскрытием прежнего, остававшегося незамеченным?
- Если смысл не задан заранее, чем объясняется устойчивость некоторых ценностных отношений во времени?
- По каким проявлениям сам субъект различает ценность: по действиям, ощущениям, переживанию значимости, изменению отношения или иначе?
- Может ли субъект обнаружить ценность, не переживая ярких ощущений и не совершая действий ради ценного?
- Что именно обнаруживается при утрате: прежняя ценность или новая значимость, возникшая в результате изменения отношения?
- Как отличить собственное обнаружение субъектом ценности от её интерпретации внешним наблюдателем?
- Чем ценностное отношение отличается от любого другого отношения субъекта к различённому?
- Если субъект видит возможность дальнейшего смыслового сюжета, обнаружил ли он ценность или только одно из условий её возникновения?
16. Как ценность становится различимой: действие, ощущение и отношение субъекта
Вопрос о происхождении ценности необходимо отделить от вопроса о том, по каким проявлениям ценность можно различить. Можно установить, что субъект совершил действие или испытал определённое ощущение, но это ещё не устанавливает, что именно для него ценно и на каком основании.
Здесь нельзя незаметно заменить исследование ценности регистрацией её внешних или переживаемых признаков. Нужно различать саму ценность, её обнаружение субъектом, способ переживания, проявление в действиях и попытку другого субъекта интерпретировать происходящее.
16.1. Действие не является достаточным признаком ценности
Предположим, человек ежедневно выполняет одну и ту же работу, тратит на неё время и усилия. Можно ли из этого заключить, что именно эта работа для него ценна?
Нет. Он может действовать ради денег, под давлением обстоятельств, из необходимости, ради предотвращения ущерба, по привычке или потому, что продолжение работы открывает для него иной смысл, никак не совпадающий с внешней задачей.
Два субъекта могут совершать внешне одинаковые действия, но находиться в совершенно разных отношениях к происходящему. Один десять часов программирует ради вознаграждения, другой десять часов развивает собственную исследовательскую идею. Сходство деятельности не делает тождественными её смысловые основания.
Обратный случай не менее важен: субъект может обнаруживать исключительную ценность человека, события, исследования или отношения и при этом не предпринимать никаких действий ради сохранения или достижения чего-либо. Отсутствие действия не доказывает отсутствия ценности.
Действие может выражать ценностное отношение, но не является ни необходимым, ни достаточным условием его наличия.
Даже действие по сохранению чего-либо требует отдельного исследования: субъект сохраняет предмет ради его значимости, из страха утраты, из обязательства, ради вознаграждения или в силу другого основания? Эти различия не извлекаются автоматически из самого движения тела или наблюдаемого результата.
16.2. Ощущение не тождественно ценности
Приятное ощущение может сопровождать ценное, но удовольствие не устанавливает ценность само по себе. Человек может получать удовольствие от того, чему не придаёт особой значимости, и испытывать тяжёлые переживания при работе над исключительно значимым для него вопросом.
Боль, напряжение, страх, радость, облегчение или воодушевление нельзя превращать в готовую шкалу ценности. Неприятное переживание не означает, что происходящее неценно; отсутствие яркой эмоции не означает безразличия.
Однако необходимо отличать ощущение от переживания значимости. Удовольствие или физический дискомфорт можно описать как переживаемые состояния. Переживание значимости уже содержит отношение к чему-то: это важно, этого нельзя просто заменить, к этому хочется возвращаться, эта встреча что-то открыла.
Но и здесь возникает граница: если назвать ценностью само переживание значимости, мы ещё не объяснили, почему переживаемое стало значимым. Смена слов не отвечает на вопрос о происхождении отношения.
Переживание может делать ценность непосредственно доступной субъекту, но не обязательно исчерпывает её содержание.
16.3. Изменение отношения как возможный способ обнаружения
Вместо того чтобы определять ценность по конкретному действию или чувству, можно исследовать изменение отношения субъекта к различённому.
Некоторое событие сначала может не занимать особого места в его жизни. Затем субъект обнаруживает в нём ранее неразличённое содержание; возвращается к вопросу, замечает новые связи, видит возможное продолжение или иначе относится к уже знакомому. Внешне событие осталось прежним, но возникла новая смысловая траектория.
Условно можно выделить:
- субъект различает предмет или событие;
- обнаруживается либо возникает особая значимость различённого;
- отношение к нему может измениться;
- могут последовать новые различения, переживания или действия.
Это не закон, по которому одно состояние автоматически производит следующее. Не установлен даже обязательный порядок перечисленных моментов. Изменение отношения способно сделать ценность различимой, не будучи её причиной.
Существенный вопрос остаётся открытым: субъект создал ценность новым отношением или впервые заметил то, что прежде не мог различить?
16.4. Утрата и запоздалое обнаружение
Иногда субъект ничего специально не делает для сохранения привычного условия, не испытывает по поводу него сильных эмоций и не называет его ценным. Но после утраты обнаруживает, какое место оно занимало в его существовании.
Такой случай особенно важен для исследования редкости и дефицита.
Возможны два разных утверждения:
- утраченное уже имело значимость, а утрата сделала её различимой;
- сама утрата изменила отношение субъекта и создала новую значимость.
Эти утверждения нельзя подменять друг другом. Последующее переживание не является доказательством того, что вся ценность существовала прежде в точно том же виде. Но и отсутствие прежнего осознания не доказывает, что ценность возникла только после потери.
Таким образом, дефицит может влиять на условия обнаружения ценности, а не обязательно на само её возникновение. Это ещё одно основание не отождествлять ценность с редкостью.
16.5. Саморазличение и внешняя интерпретация
Необходимо отделять вопрос «Как сам субъект обнаруживает ценность?» от вопроса «По чему другой человек заключает, что нечто для него ценно?».
Для самого субъекта значимость может открываться в переживании, изменении отношения, возвращении к различению, открытии нового смысла. Внешний наблюдатель может видеть высказывания, действия, выбор, затраты времени, отказ от вознаграждения или реакции на утрату.
Но наблюдаемое поведение не предоставляет другому субъекту непосредственного права определять, что ценно для первого. Наблюдатель строит интерпретацию и должен различать её основания и сам предмет интерпретации.
Вместе с тем даже явное высказывание субъекта «это для меня ценно» не раскрывает автоматически происхождение ценности. Высказывание устанавливает предъявленное отношение, но вопрос, почему и каким образом оно возникло, остаётся отдельным.
Сама возможность ошибочно распознать или переописать чужую ценность связана с проблемой обесценивания: один субъект может попытаться заменить значимость другого собственной оценкой и предъявить эту оценку как окончательную.
16.6. Пять уровней, которые нельзя схлопывать
| Уровень исследования | Вопрос |
|---|---|
| Ценность | Что ценно для субъекта и на каком основании? |
| Обнаружение ценности | Каким образом субъект впервые различает значимость? |
| Переживание | Как данная значимость присутствует в опыте субъекта? |
| Действие | Как отношение к ценному выражается или не выражается в деятельности? |
| Внешнее распознавание | На каком основании другой субъект делает вывод о чужой ценности? |
Различение уровней не означает существования пяти отдельных сущностей. Оно предотвращает переход от одного вида свидетельства к другому без обоснования.
Особенно опасны три подмены:
- «Субъект действует ради X, следовательно, X для него ценно». Направленность видимого действия ещё не устанавливает его действительный смысл.
- «Субъект испытывает удовольствие от X, следовательно, X для него ценно». Ощущение не тождественно ценностному отношению.
- «Другой субъект не обнаруживает ценности X, следовательно, X неценно и для первого». Внешняя оценка не может заменить собственное отношение субъекта к различённому.
16.7. Возвращение к смысловой продуктивности
Исходное предположение об уникальном различии, которое открывает дальнейший смысловой сюжет, теперь требует более точного вопроса:
Когда субъект различает возможность такого продолжения, он уже обнаруживает ценность или только обнаруживает условия, при которых она может возникнуть?
Встреча с человеком способна открыть множество новых траекторий, однако количество возможных продолжений ещё не объясняет, почему именно эта встреча становится ценной. И наоборот, встреча может приобрести значение до того, как субъект узнает или вообще сможет вообразить её дальнейший сюжет.
Поэтому следует удерживать различие между:
- самим обнаружением некоторого различия;
- возникновением или обнаружением его значимости;
- возможностью последующего смыслового развития;
- реальным осуществлением дальнейшей траектории.
Ни одно из этих отношений нельзя заранее объявить обязательной причиной другого.
Промежуточная формула
Ценность не тождественна ни действиям субъекта, ни сопровождающим их ощущениям. Действие и переживание могут делать ценность различимой, но не исчерпывают её содержания и не объясняют автоматически её возникновения.
Обнаружение ценности требует исследования отношения субъекта к различённому. При этом следует отдельно исследовать, создаёт ли субъект значимость в акте различения либо обнаруживает то, что не было различимо ранее.
Остаётся основной вопрос этого раздела: чем ценностное отношение отличается от любого другого отношения субъекта к различённому? Пока это различие не установлено, наблюдаемые действия, ощущения и даже переживание значимости не образуют законченного определения ценности.
Текущая формула
Ценность не следует ни из одной редкости и ни из одной уникальности автоматически. Она требует исследования отношения субъекта к различённому: что именно стало значимым, почему это различие незаменимо в данном отношении и какое осуществлённое либо обоснованно возможное смысловое продолжение с ним связано.
Редкость может повысить значимость возможной утраты или невозможности замещения. Уникальность может означать неповторимую траекторию. Потребность может придать особую срочность. Но ни один из этих факторов не является самодостаточной формулой ценности.
Главный нерешённый вопрос остаётся открытым:
Ценно ли различие потому, что оно открывает дальнейшее смысловое развитие, или сама возможность такого развития становится ценной только после возникновения особого отношения субъекта к различённому?
